beria_lavr (beria_lavr) wrote,
beria_lavr
beria_lavr

Фейсбук обр. 1939 с ограниченным доступом

Оригинал взят у kozlachkovich в Фейсбук обр. 1939 с ограниченным доступом
Оригинал взят у jim_garrison в Фейсбук обр. 1939 с ограниченным доступом
СВОДКА ОСОБОГО ОТДЕЛА ГУГБ НКВД СССР ОБ ОЦЕНКЕ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЕЙ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА И ПРИЧИН НАЧАВШЕЙСЯ ВОЙНЫ С ФИНЛЯНДИЕЙ

7 декабря 1939 г. Совершенно секретно

Ленинградский сотрудник «Гудка» Л. [...], побывавший в Терийоках, по телефону позвонил из Ленинграда в редакцию «Гудка» и рассказал, что в Терийоках нет никакого финского правительства и ни один из министров Куусинена не находится и не находился в Терийоках, что правительство Куусинена существует на бумаге, что наши войска несут огромные потери.

М. [...] — бывший офицер, военный преподаватель Института им. Плеханова: «Наши части в Финляндии несут большие потери, главным образом командный состав который выводят из строя финские снайперы, их там много.
Советский Союз отдает часть Карелии и довольно большую, но ведь все равно Финляндия будет наша, так что сейчас можно все и сколько угодно отдать, надо же показать себя всем. Вот отдали Литве Вильно, но все же наши войска там остались. Taк и с Финляндией».

А. [...] — политэмигрант, редактор венгерского журнала «Уй-Ханг»: «Вполне вероятно, что СССР на этот раз будет вовлечен в большую войну. Очевидно, Скандинавские страны, Англия и Америка примут ответные меры против СССР, в результате которых СССР окажется вовлеченным в длительный и серьезный конфликт с демократическими державами. Финны окажут более длительное сопротивление, чем абиссинцы итальянцам. Советское нападение на Финляндию квалифицируют на западе как неприкрытый империализм. Предложение о соединении Карелии и Финляндии — смехотворно».

Б.[...] — венгерский политэмигрант, работник Главлита: «Подтверждается то, что я говорил раньше: СССР решил до конца довести свою политику восстановления границ царской империи. А насчет воссоединения с Карелией — финны, возможно, получат территорию [...] в концлагерях Северной Карелии».

С.[...] — венгерский политэмигрант, работник Главка цветной промышленности: «СССР уже потерял свою внешнеполитическую невинность. Так нажимать на маленькие и слабые государства — это, по меньшей мере, подражание гитлеровским методам».

Ж. [...] — член ВКП(б), работник планового отдела Наркомздрава СССР: «Конечно, выступление вполне назрело. Швеция, конечно, не вступится. Англия имеет, вероятно, соглашение с Финляндией, но она продаст, и выступать против нас не будет. Дальше стоит вопрос о Бессарабии и Буковине. Заметили — в газетах все чаще появляются сообщения о Трианонском договоре, о Румынии и Венгрии. Это, конечно, первые шаги. Румыния тоже лоскутное государство, и его разделить нетрудно: Венгрии — Трансильванию и Банат, Болгарии - Добруджу, а нам — Буковину и Бессарабию».

Б. [...] - врач, руководящий работник Наркомздрава: «Дело пошло лучше, чем ожидали. Было бы, пожалуй, хуже, если бы старое финское правительство согласилось на пакт о взаимопомощи».

М. [...] — член ВКП(б), врач, начальник отдела Наркомадрава: «Ну что же, можно поздравить нас еще с одной победой нашей армии и партии. Скоро будем иметь финляндскую бумагу для издания наших книг».

О. [...] — член партии» орденоносец, работник Главсевморпути: «Нечего наивничать: советские войска разгромят Финляндию и оккупируют всю ее территорию, а вовсе не только перешеек и стратегические острова. Финляндию присоединят к Советскому Союзу по всем правилам искусства».

Л. [...] — художник, освобожден из-под ареста в 1938 г.: «Советский Союз не только оккупирует Финляндию, но и устроит там, вместе с "воссоединенной" с Финляндией Карелией, хорошенькую советскую власть. Это будет финнам и "независимость" и "суверенитет"».

О. [...]* — литератор: «Во всей тактике финского правительства виден английский метод отчаянной, смертельной торговли. Можно полагать, англичане говорят финнам: торгуйтесь, стать полусоветскими или советскими никогда не поздно. Торгуйтесь как можно дольше и упорнее, мы вам поможем силою — дипломатически, кое-что подбросим из оружия, заставим большевиков призадуматься над поведением Скандинавских стран, если война все же вспыхнет. Надо держать ухо востро в отношении немцев. В отношении Финляндии — они подозрительны».

О. [...] — учащаяся курсов рисования: «Как во времена польских событий, еще задолго до наступления на Польшу германских войск советские войска ввязывались на границу и стояли в таком количестве, что создавалось впечатление плотной стены — плечо к плечу и танк к танку, такая же картина, мне рассказывали, и сейчас. Задолго до переговоров с Финляндией советские войска уже стягивались на границу, та же плотная стена из красноармейцев и танков. Так что все разговоры о мирной политике Советского Союза не совсем точны и верны. Мне известно со слов очень доверительного лица, что советское правительство стремится к созданию великодержавной Российской империи, т. е. остается взять Финляндию, а потом Бессарабию. Финляндия будет стерта с лица земли, правда, не так просто, как Польша, война будет продолжаться не три недели, а три месяца, и раненых будет не тысяча человек, как в Польше, а сто тысяч, но Финляндия будет наша».

П. [...] — югославский коммунист, в СССР с 1936 г., работник издательства «Иностранные рабочие»: «Мы, югославы, считаем политику советского правительства в отношении Финляндии мудрой. За спиной Финляндии стоят все-таки мощные державы, с которыми Советскому Союзу еще невмочь воевать, а на Германию надежда плохая. Германия может изменить свою политику очень легко и просто. Поэтому Советский Союз старался ценой всяких уступок избежать войны. Но для пролетариата Финляндии, а впоследствии для пролетариата Венгрии и Югославии, конечно, было бы очень хорошо, если бы СССР победил Финляндию. СССР был бы еще мощнее. Тогда Балканы с еще большим желанием пошли бы на соединение с Советским Союзом. Под девизом славянофильского пакта объединились бы все славянские народы».

П. [...]* — жена репрессированного П. [...] (бывшего секретаря Пятакова), литредактор издательства Академии наук: «Чего мы хотим? Ясно, что мы сами желали войны. Чего мы кричим, что Англия и Франция агрессоры. Ведь ни та ни другая страна ничего не взяли. Мы же вместе с Германией поделили Польшу, покорили прибалтийские государства, хотим покорить Финляндию, а так как последняя не захотела, то мы сами вызвали инциденты. Ведь Финляндия просила назначить комиссию для расследования выстрела, а мы на это не пошли. Мы самые настоящие агрессоры. Увлеклись жаждой легкого покорения. Политика наша страшна. Видимо, [...] недостаточно проницателен. Увлекшись договором с Гитлером, он забывает о том, что Гитлеру верить нельзя, что он может повернуть против нас. Почему мы 20 лет не боялись обстрелов Ленинграда, а теперь вдруг боимся?»

П. [...] — брат репрессированного, комбриг, вернулся на днях с Дальнего Востока, где 20 месяцев сидел под следствием: «С суши Ленинграду Финляндия не опасна, со стороны моря мы укреплены достаточно хорошо. Так что тут причина глубже в отношении Финляндии — надо их также покорить».

У. [...] — поэт: «У меня пренеприятное ощущение тыловика в то время, когда творятся великие события. Я не знаю, что делать, куда обращаться, как себя использовать в военное время. Мы присутствуем лишь при начале очень серьезных событий. Мы все похожи сейчас на альпинистов, с огромным трудом идущих к вершинам. Нас мучает тяжесть альпенштока и ботинок, мы об этой тяжести забудем, когда дойдем до вершины. Многие из нас, например С. Кирсанов, относятся несерьезно, видят только показную сторону дела. Не так нужно себя вести в военное время. Многие коммунисты резко осуждают Кирсанова. Он думает, что все шутки. А вдруг, допустим, его придут арестовать. Он подумает, что это маскарад, шутки его друзей, а окажется, что это всерьез [...]»

И. [...] — писатель: «Мы опять проявляем невероятное спокойствие. Это очень большой удар по западноевропейской печати — у них отняты все возможности для клеветы. Но хотелось бы скорее перейти все границы и показать, что такое наше оружие».

Л. [...] — поэт: «Мы уже привыкли к тому, что все, что делается Правительством, ведет в конечном счете к хорошему. Меня только очень волнует судьба Карелии, людей, живущих сейчас в Карелии. Это край моих отцов, так у меня живет дядька. Карельские писатели сейчас делают то же, что делали на Белорусском фронте белорусские — издают газеты для финских солдат и населения. И все они слышат, что Карелию отдают Финляндии. У них, наверное, страшная паника. Сложность еще в том, что ситуация обязывает Красную Армию с самого начала войны быть очень осторожной и гуманной».

Ш. [...] — член ВКЛ(б), редактор издательства «Московский рабочий», открытый троцкист: «Воссоединение Карелии с Финляндией ясно показывает, из кого и чего будет создана завтрашняя Советская Финляндия. Никто не одобрит политику СССР. Нельзя одобрить требование гиганта к маленькой стране отдать или обменять свою территорию. Это может быть сделано строго добровольно, но без угроз».

Д. [...] — член ВКП(б), зам. ответственного редактора журнала «Дружба народов»: «Вопрос о Финляндии был решен у нас заранее, Ленинград готовился к войне не со вчерашнего дня. Еще до конфликта мы по своей инициативе разгромили на границе большой отряд финляндцев. На границе найти пристрастную причину для войны всегда можно».

К. [...] — начальник снабжения завода «Арматура»: «Мы разговаривали с Финляндией как сильный со слабым. Времена меняются. СССР становится, пользуясь суматохой в Европе и Азии, агрессивной страной. За Финляндией придет очередь Румынии. Война снова поднимет продовольственную панику, которую раздувают внутренние враги. Шурин (руководящий работник Ювелирторга) рассказывал мне, как спекулянты ведут систематическую войну за обесценивание советского рубля, как они сейчас вздули цены на золотые изделия в три раза, пользуясь тем, что партии золотых изделий, которые получает Ювелирторг, попадают в их руки».

Академик Д. [...]: «Я не сторонник военных действий, но считаю, что наше выступление и заслуженно, и вполне правильно, тем более после того, как кровь уже пролилась. Но что меня сильно смутило, это воссоединение Карелии с Финляндией на базе последней. Это совершенно для меня непонятно. В данном случае, как и в деле с Вильно, национальный момент ставится выше социального. Получается — отдать социалистическую Карелию буржуазной Финляндии. Что-то невозможное!»

Академик Е. [...] — в панике говорил 30.11 в группе академиков: «Войны с финнами не избежать. А им-то Англия поможет. Война эта будет упорной и кровавой. Бомбардировку Ленинграда с воздуха избежать, очевидно, не удастся. Я еще два дня тому назад послал в Ленинград Тамаре Михайловне (жене) телеграмму, чтобы она сейчас же выезжала в Москву. Получил ответ, что выезд из Ленинграда запрещен. Значит, наши власти предвидят возможность массового выезда из Ленинграда и поспешили ему воспрепятствовать. Но это неправильно. Нельзя же оставлять мирное население под угрозой финских бомб. Это было бы понятно, если бы наши немедленно начали бы военные действия, не дожидаясь, пока финны стянут войска и получат подкрепления от Лондона. Тогда бы фронт отодвинулся от Ленинграда. Поэтому я с таким нетерпением отнесся к тексту речи Молотова. Но надо сказать, что «гора родила мышь». Снова предупреждения, надежды на благоприятный исход, очевидно, необоснованные и т.п. А тем временем идет подготовка к большой войне. Норму выдачи керосина в Москве установили в два литра».

Ш. [...] — нигде не работает, в прошлом троцкист: «СССР под руководством вождя народа стал вести завоевательную политику. Против такого ничего нельзя иметь, но незачем играть в прятки и извращать факты. Несомненно, что мы толкнули Германию на войну с Польшей. Мы завоевали Галицию и назвали ее Западной Украиной. Мы ввели войска в Эстонию, Латвию и Литву, что рано или поздно кончится их «воссоединением». Теперь мы затеяли игру с Финляндией. С одной стороны, готовы ей все отдать, а с другой — спровоцировали войну, подняв крик о безопасности Ленинграда, словно, только вчера к нему придвинулась граница».

Т. [...]: «Представьте себе, что финляндские события связаны с политической борьбой в Японии. Там идет драка: одна группа, военная, — за установление военного договора с СССР, это прогерманская группа, другая с императором во главе — ориентируется на Англию. Англия толкнула Финляндию на конфликт с нами для того, чтобы повлиять на борьбу внутри Японии в интересах победы английской ориентации. Сами англичане боятся затевать с нами войну — в Индии немалое волнение, а от СССР в Индию есть короткий путь — 100 - 150 км».

Г. [...] — литератор, бывший председатель Малого СНК РСФСР, беспартийный: «Не кажется ли вам, что аргументация, по которой мы воюем не с финским народом, а с его скверным правительством, напоминает другую формулу — "мы воюем не с немцами, а с гитлеризмом"? Меня удивило, почему в ответе Сталина агентству Гавас" не обращено внимание на то, что Сталин не мог говорить подобной речи 19 августа, когда еще не только не было договора СССР с Германией, но еще велись переговоры СССР с Англией и Францией».

С, [...] — заслуженный мастер спорта: «Плохо мы все-таки разбираемся в политике! Когда я слушал по радио финскую ноту, то думал, ну что ж, ответ деликатный, убедительный, хорошо, что не хамят. А потом слышу нашу оценку — хоть она и не совсем убедительна, но и в ней тоже серьезные резоны. Вот и разбирайся тут в международных делах. Конечно, финны никакой угрозы Ленинграду не представляли и меньше всего собирались быть агрессорами. Но так уж устроен свет, что всяк сверчок должен знать свой шесток и слабый должен слушаться сильного. На том стоит мир. В конце концов, чем худо, тем же Литве, Латвии и Эстонии, мы ведь их внутренних дел не касаемся, а раз Финляндия заартачилась, то и окажется битой. Тут может быть с человеческой точки зрения не все выходит так точно, но все же приходится всем считаться с реальным соотношением сил. А тенденция нашего правительства ясна: исключить всякую возможность нападения на СССР и для решения этой задачи действовать без сентиментальностей».

С. [...] — работник Рязанской школы милиции: «Когда же будет речь Молотова о Бессарабии? По-моему, пора, надо и о ней говорить».

Г. [...] — заслуженный деятель искусств: «Выступление наше умное, дальновидное и на принципиальной позиции. Я слышал по радио и знаю из шведских, английских и французских газет о том, что Ромен Роллан, Фейхтвангер, Генрих Манн, которые были возмущены нашей позицией во время событий в Польше, сейчас заявили, что теперь им стали понятны истинные намерения Москвы. Но наступать в Финляндии очень трудно, там у них свои "Мажино" созданы, взять их можно только с воздуха. Кроме прочих условий, наша сила в подводном флоте, он теперь многочисленнее и сильнее английского и французского. В дальнейшем очередь за Румынией».

Т. [...] — бывший комиссар Нью-Йоркской выставки: «Теперь уже нет надежды на то, что Америка займет к нам свое бывшее более снисходительное отношение. Америка крепко надеялась на то, что рано или поздно мы включимся в войну с Японией. На банкете у Рузвельта крупные американские деятели и политики мне говорили: "Начните воевать с Японией, и мы вам все дадим". Все, что мы достигли в обработке общественного мнения Америки, сейчас пошло насмарку. Печать только и трубит, что об империализме СССР».

С. [...] — зам. главврача 1-й психиатрической больницы: «Впервые после революции мы выступаем как держава, которая не обороняется, а наступает. Пора уже открыто перейти к восстановлению СССР в границах бывшей Российской империи.
Будет обидно и опрометчиво, если Красная Армия займет только 50—60 км Финляндии и остановится. Обязательно надо занять всю Финляндию, инсценировать радость финляндского народа, и будет у нас еще 12-я Союзная ССР. Вся эта экспедиция по приведению в чувство финляндских идиотов продлится не больше 10 дней».

Ф. [...] — военврач: «Попытки убедить мировое общественное мнение, что мы не намерены захватить Финляндию, малоубедительны. Факт остается фактом и будет достаточно использован мировой прессой против нас. Это, конечно, не препятствие, когда решается важнейшая национальная проблема усиления северных границ, освоения Балтийского моря. Весь вопрос в том, готовы ли мы встретить любые могущие возникнуть неожиданности. Ведь если Америка поддержит Англию и Францию, то они могут рискнуть на войну против СССР. И выступят при этом в качестве спасителей малых государств от агрессии Гитлера и СССР. Я не уверен, что страна готова к такой большой войне, тыл не совсем готов. Два последних года были исключительно неурожайными. Война может окончиться катастрофой».

Б. [...] — литературный работник, бывший анархо-синдикалист: «После опыта Польши позиция финляндского правительства настолько бессмысленна, что заставляет усомниться в правильности советской информации. Просто дело в том, что советское правительство, не встречая со стороны Финляндии той покорности, которая проявлена Литвой, Латвией и Эстонией, решило использовать подходящий момент: Франция и Англия увязли в войне, помощь Америки далека и проблематична, и по существу Финляндия стояла перед нами одинокой и беззащитной. Мы и напали, свалив на финнов пограничные инциденты. С общегосударственной точки зрения оно может быть и правильно, но эта позиция неэтична, а применяемые в СССР методы агитации - грубы и вульгарны».

Ш. [...] - брат осужденного активного троцкиста: «Внешняя политика советского правительства на время исключает возможность большой работы Коминтерна. Но это, пожалуй, теперь не особенно важно, поскольку речь идет о готовящейся схватке двух систем, и СССР должен быть сильным.
В свете проводимой политики делается понятной та непримиримая линия, которая была проведена за последние годы в отношении арестов, осуждений, расстрелов. Внешняя политика, которую мы проводим сейчас, была бы невозможна при наличии в стране и в партии других течений, как это было до ликвидации троцкистов и бухаринцев. Теперь тыл наш более крепок, более единодушен».

К. [...] — выпускник МГУ, участник а[нархо]-с[индикалистской] группы в МГУ: «Оккупировали Польшу, Литву, Латвию и Эстонию, а теперь силой решили взять Финляндию. Только взять Финляндию не так легко. Ведь финны очень воинственный и дельный народ, молодое поколение там страшно ненавидит москалей, там хорошо была поставлена агитация против СССР. Вообще, большевикам, наверное, надоело ждать мировой революции, и они хотят ускорить ее силой. За Финляндией пойдет Швеция и Норвегия, а там уже и Англия».

О. [...] — учащийся 10 класса средней школы, сын осужденного врага народа: «Ничего удивительного не будет, если через некоторое время СССР протянет "бpaтскую" руку помощи африканским неграм. Политика Советского правительства ничем не отличается от политики фашистской Германии: она открыто захватывает чужие земли, а СССР это делает под флагом "освобождения" угнетенных народов».

А. [...] — врач, зам. заведующего Таганского райздравотдела: «Семь выстрелов, конечно, неизвестно откуда возникли, но, во всяком случае, они пришлись нам кстати. В конечном счете мы все же окажемся втянутыми в большую войну, но к тому времени у нас будет уже не 183 млн, а больше — успеем проглотить Финляндию и Бессарабию».

Б. [...] — венгерский политэмигрант: «Теперь уже ясно, что СССР использует создавшуюся международную обстановку для того, чтобы восстановить старую границу русского государства. Между СССР и Германией существует тайный договор о том, что СССР поможет Германии путем нападения на Индию. Для того чтобы не помешать выполнению этой задачи, Германия проглотит захват Финляндии Советским Союзом. Жена, недавно приехавшая в СССР через Швецию и Финляндию, рассказала, что эти государства сильно вооружены. Вряд ли СССР добьется быстрой победы над финнами. Повторения германской победы над Польшей не будет. Красные войска завязнут в финских болотах, и это нанесет большой урон военному престижу СССР».

Р. [...] — художница, сестра расстрелянного [...]: «Эта война будет настоящей большой кровопролитной войной не в пример операциям в Польше. Англия и Франция, несомненно, ведут закулисные переговоры с Германией, обещая ей колонии, с тем чтобы военные действия на Западном фронте прекратились, и Англия с Францией повели бы войну с СССР через Финляндию при поддержке Германии. Это очень возможный вариант, так как союз СССР с Германией не крепок. Вообще, сближение СССР с Германией невыгодно для СССР. Если бы был заключён дружественный договор с Англией и Францией, наше международное положение было бы намного сильнее. Да и внутреннее положение очень не сильно. Государственная машина сильно расшатана арестами. Все это повредит СССР в предстоящей войне».

P. [...] — консультант Мосгорпромснаба, бывший член партии меньшивиков, в споре в группе приятелей, бывших меньшевиков, заявил: «Все поведение СССР по отношению к Финляндии — наглое, вызывающее, циничное. Финские войска не могли стрелять, все это придумано или инсценировано советскими войсками, чтобы провоцировать возможность захвата финской территории. Сопротивление Финляндии, разумеется, безнадежно. Но поведение ее правительства более достойно, чем поведение правительств других прибалтийских государств, которые покорно позволили советским войскам хозяйничать на их территории».

Г.Э.Л. [...] — литератор, бывший член ЦК [партии] меньшевиков, обычно высказывающийся не менее антисоветски, на этот раз, к удивлению его друзей, стал возражать Р. [...]: «А я считаю возможным, что со стороны финской военщины были провокационные вылазки. Это трудно разумно объяснить; но если мы видим одну глупость, заключающуюся в том, что Финляндия, не имея никакой реальной поддержки извне, готовится к совершенно безнадежному для нее вооруженному столкновению с СССР, то можно допустить и ряд других глупостей, в том числе и обстрел, особенно учитывая, что военная каста очень часто позволяет себе идти дальше, чем этого хотели бы правители. Политику в перчатках не делают. В отношениях между СССР и Финляндией важно не то, у кого какой тон был в нотах, а то, соответствовал ли этот тон реальному соотношению сил. СССР в десятки, сотни раз сильнее Финляндии и поэтому он вправе был предъявить ей требования, а Финляндия должна была подчиниться — таков закон международных отношений. Но, кроме того, и по существу обвинить в нелояльности СССР нельзя: то, что он требует, ему жизненно необходимо, а для Финляндии это не имеет значения; еще Наполеон, отдавая Александру I Финляндию, сказал: «Это будет вам подушка для Петербурга». Выступление Молотова было блестяще! Под каждым словом Молотова подписываюсь! Необходимо обеспечить безопасность Ленинграда».

Л. [...] — пенсионер, бывший военный работник: «Происходит то, что было решено еще летом — захват прибалтийских стран. Те дали себя скушать, а Финляндия заартачилась, и, конечно, эти первые выстрелы — все это чистейшая провокация, конечно, стреляли мы, чтобы покончить с этой волынкой и оккупировать эту страну. Чего вы удивляетесь, разве меньшая провокация была — послать маршалов в 1937 г. снюхаться с Гитлером, а потом их расстрелять как изменников. Захват Финляндии будет нам стоить громадных жертв. Техника у нас никудышная, и лишь живым мясом захватим эту страну».

Ф. [...] — артист Большого театра: «Да, правительство-то поступило правильно, но за все придется расплачиваться своим горбом и кровью трудящимся. А правительство поступило правильно, другого выхода теперь нет.
Вы говорите, финский народ против войны? А кто с народом считается, наш народ тоже не хочет войны, а воевать все равно придется. Финляндия маленькая, но за нее стоит Англия, у которой в колониях 450 миллионов, больше чем у нас. Притом, благодаря своим территориальным условиям, Финляндия долго сможет держаться».

Т. [...] — экономист Главтары: «Все это дело рук Германии, которая этим самым втянет Советский Союз в войну с Англией и тем обеспечит себе победу над Англией. А сама Финляндия как таковая никому не нужна».

С. [...] — инженер Наркомата стройматериалов: «Царь для испускания крови время от времени устраивал погром, а мы сажали, расстреливали людей. Теперь нужна сильно действующая камфара в виде новых территорий. Мы слишком уверены в своих силах и бряцаем оружием против малых стран, а при первой встрече с серьезным врагом все может разрушиться как карточный дом. Как бы ни старались поднять дух населения орденами и резолюциями, очереди и хвосты говорят о том, что 90 % населения страдает и втихомолку проклинает свое существование в таких условиях. Москва стала противна русскому человеку, до того ее испоганили. Теперь все здравомыслящие люди должны ответить себе самим твердо: за кого они? Чтобы они хотели? Я лично не уверен — хуже ли Гитлер, чем наши правители. Там хоть люди чувствуют себя людьми, а мы — скотинами. 22 года над нами экспериментируют, как над кроликами, и мы молчим».

Г. [...], К. [...], К. [...] — мастера лабораторий Института им. Обуха, обсуждая, правильно ли поступил СССР, пришли к общему мнению, что: «СССР на этот раз поспешил, и поспешил с этой войной потому, что, как видно, сам намерен завоевать Финляндию и боится, что Англия окрепнет, накупит в США много самолетов, и тогда Финляндии не взять; сейчас же война еще возможна. Но, возможно, СССР будет побежден, если Англия и США по-настоящему возьмутся поддержать Финляндию».

А. [...] — начальник отдела школ взрослых Наркомпроса Калмыцкой АССР: «Жаль, что бомба не распотрошила Гитлера. Это сделало бы переворот в германском правительстве, да и у нашего ликвидировало бы воинственное настроение по отношению к Финляндии».

Я. [...] — химик Института им. Обуха: «Финны правы, что они стреляли. Я бы на их месте после таких статей, какие были в «Правде», тоже стрелял. Ведь это же было издевательство, это же "задира" мы. Вот увидите, после завоевания Финляндии СССР пойдет завоевывать Дарданеллы. Политика СССР резко меняется. Пока СССР был слабой страной, он вел политику мира и ни одного вершка чужой земли не хотел, сейчас же он окреп и хочет кое-чем поживиться».

С. [...] — ст[арший] научный сотрудник Всесоюзного института экспериментальной медицины: «Я убежден, что финны правы, в мировом общественном мнении они, безусловно, будут правы. Они знают, что их ждет, если они проиграют войну СССР — полное закабаление. Ведь при царском режиме они имели гораздо больше независимости и свободы, чем они будут иметь при завоевании Советским Союзом. Финны народ культурный, честный, все они хорошо образованы. Они чувствуют себя морально правыми, и будут защищаться до последней капли крови. Говоря откровенно, мне жалко их».

С. [...] — главбух Росмедснабторга: «Война СССР с Финляндией выгодна всем капиталистическим государствам, и даже Германии — силы-то Советского Союза будут до известной степени подорваны, да и бюджет потрещит».

Е. [...] — член ВКП(б), пилот Аэрофлота: «Англия натравила финнов, но договора с ними о взаимопомощи не заключила. Позиция Англии мне непонятна: какой ей смысл натравливать на нас финнов и в то же время обрекать их на безусловное поражение, ведь серьезной помощи они не намерены ей оказывать. Мы же расколошматим финнов».

Л. [...] — литератор; «Зачем так много слов. Вам известно название "красный империализм"? Это всегда было, это историческая вещь. Ну раньше был не красный, но явление-то ведь не новое, означает оно, что Интернационал крахнул. Крахнул и черт с ним».

Г. (.,.] — врач, жена осужденного троцкиста: «Наши действия ничем не отличаются от нападений Италии на Абиссинию и Албанию, Японии на Китай, Германии на Чехословакию. Лавры Гитлера не дают нам спать. 20 лет нам никто не угрожал, а теперь вдруг сообразили, что Финляндия грозит Ленинграду! Просто мы, как и другие страны, стали на империалистический путь. И в 1914 г. Россия за Дарданеллы, за укрепление русских позиций на море. Какая же разница? И тогда люди со слезами шли на смерть, и теперь они без радости пойдут. Это поколение уже вообще ничего не увидит в жизни, будет ли Финляндия, как теперь, или ее вовсе не будет».

П. [...] — врач 1-й психиатрической больницы: «Более удобного момента для кардинального решения проблемы укрепления наших северо-западных границ трудно найти. Все, кто заинтересован в том, чтобы мы не господствовали над Финским заливом, т.е. Германия и Англия, теперь настолько погрязли в свои дела, что они никогда не полезут с нами в драку, а Америка "не попрется". Таким образом, мы можем сейчас разрешить проблему господства над Балтикой с наименьшим риском наскочить на более крупный конфликт. В этом — мудрость и гениальность политики. Сталин — гениальный стратег, он определяет с точностью время и момент удара, остальное — доломит Ворошилов, а Молотов объяснит всему миру так, что, хоть лопни, а поймут. Одного боюсь — не привело бы это к охлаждению в отношениях с Германией, а на остальных наплевать».

X. [...] — писатель: «Финляндия сама по себе представляет собой более внушительную силу, чем Польша. Батраки финны едят хлеб с маслом и охотно поддерживают своих помещиков. Нам памятны 1919—1920 гг., когда вспыхнули революционные события в Финляндии: каждый помещик, как средневековый рыцарь, приходил с отрядом своих же батраков и учинял кровавую расправу над революционерами. Финские солдаты — упорные воины, хорошие спортсмены. В численном отношении они для нас не представляют ничего опасного. Но операция в Финляндии это не "вызволение из-под гнета", а совершенно новое в нашей международной политике».

А. [...] отмечает ряд случаев, когда в школах среди учащихся комсомольцев дискутируется вопрос о том, можно ли считать сохраняющим силу сейчас лозунг тов. Сталина: «Чужой земли мы не хотим, но и своей земли, ни одного вершка своей земли не отдадим никому». [...]

Ф. 3. Оп. 6. Д. 185. Л. 454-471. Копия.
http://kannas.mybb2.ru/viewtopic.php?t=533


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments